Ухань (Ханькоу). Часть 3: концессии Франции, Германии, Японии и храм Гудэ

В первой части (там же общий колорит и транспорт) осмотрев советские мосты и заводы в китайской "колыбели революции", правобережном Учане, а в прошлой части познакомившись с наследием купцов-чаеторговцев в Русской и Британской концессиях левобережного Ханькоу (слиянием этих двух городов в ХХ веке и был образован Ухань), сегодня продолжим путь вдоль Янцзы - через концессии трёх стран к далёкому, но очень эффектному храму Гудэ. Однако знакомый след в этом самом неочевидном пункте Русского Китая столь обилен, что встретится нам и здесь.

Не знаю, слывёт ли Ухань среди китайцев столицей Янцзы, но - явно таковой ощущается. Река здесь уже огромна (1200-1800 метров шириной), город - совершенно ей открыт, а толпящиеся небоскрёбы странно смотрятся в таком знакомом по десятками постсоветских городов пейзаже. У подножья небоскрёбов, конечно же, проходят набережные, и в Ханькоу широкий променад Янцзян тянется на 6 километров вдоль всех старых концессий

2.


С него можно сойти на грязноватый, илистый берег, весь вид которого, вместе с необычайно длинными трапами к дебаркадерам, напоминает, как может меняться уровень воды в Длинной реке. На мелокодье набегает волна от бесчисленных барж, идущих по её фарватеру будто в связке, а цвет этой волны - примерно как у отвара цикория. Но разве может быть иначе, когда на реке и её притоках живёт 400 миллионов человек, причём - с полями и заводами?

3


Набережная в районе Британской концессии напоминает строгими фасадами домов шанхайский Бунд, а дальше - скорее Приморские бульвары в Баку или Батуми: по сути это именно парк до 300-500 метров шириной. На самом видном его месте, на одной линии с высочайшим в Ухане небоскрёбом "Гринленд" (2023, 476м, 101 этаж), стоит музейный павильон (2012) весьма необычной тематики:

4


...Вот в православии есть праздник такой - Переполовенье (полпути от Пасхи до Пятидесятницы), который в народе превратился, конечно же, в Переплывение. Иногда ещё и с Троеручницей - якобы, чудесно возникшей третьей рукой Богоматерь то ли из Волги, то ли моря спасала утопающих детей. А у китайцев вот настоящее Переплывенье есть, датой которого отмечена набережная рядом с музеем. Совершал его, конечно же, Мао Цзэдун через Янцзы - думаю, и вы когда-нибудь да слышали об этом эпизоде. Плавать Великий Кормчий вообще обожал, и даже Хрущёва 1 октября 1959 года принимал не абы где, а в личном бассейне: Никита Сергеевич плавать не умел, но вызов принял, переговоры вёл едва держась за спасательный круг, и хотя противоречий между двумя красными вождями назрело немало (главное - Мао после смерти Сталина видел безусловным лидером соцлагеря себя), столь демонстративное унижение сделало Великую ссору необратимой. Но стихию воды Председатель не раз призывал на помощь и во внутренней политике: главную реку Китая он переплывал за свою жизнь 42 раза, и 17 из них - в революционном Ухане. В отличие от строгих советских вождей, Великий Кормчий понимал, что политика немыслима без шоу, и в сложные моменты его любимым приёмом было как бы заболеть, устать, отойти от дел, тихонько посмотреть на развитие событий, а затем с кличем "Огонь по штабам!" вернуться и показать силу. В том числе - физическую: водой Янцзы он смывал седину, первый заплыв устроив 31 мая 1956 года в возрасте 63 лет. Последнее Переплывение 16 июля 1966 года стало не чем иным, как пиар-акцией Культурной революции - ведь её ударной силой были не унылые чекисты, а молодёжь, получившая право безнаказанно курочить старый мир. Что Дед - самое тяжкое клеймо для правителя, мы наблюдаем сейчас своими глазами, и вот старшеклассникам да младшекурсникам Мао продемонстрировал, что дед-то ещё огого! Особенно с учётом того, что большинство китайцев не умеют плавать, а из тех, кто научился, многих вдохновил именно Мао на Янцзы. Конечно же, Переплывенье превратилось в яркий праздник, и 1 час 50 минут, за которые Председателя снесло течением аж на 15 километров, его сопровождала целая процессия врачей, спасателей и журналистов на катерах и лодках. Как я понимаю, в бассейне около музея стоит один из тех катеров, ну а сам музей построили над точкой, где в 63 и 73 года Председатель входил в воду реки. Грязь его не смущала - ведь в преодолении её, как он считал, человек обретает силу и мудрость. Ну а китайские трудящиеся повторяли заплыв не раз, часто - с портретом Мао.

5


Чуть выше по течению - памятник героям борьбы с наводнениями (1969), с этим вечным горем Китая. Так, - "горе Китая", - часто называют Хуанхэ, самую мутную из крупных рек Земли, которая натурально строит вдоль берегов вал из собственных наносов и однажды прорывает его, разливаясь на огромных пространствах и меняя русло на десятки километров. Этим разливами почвы Китая обязаны своим плодородием, а люди Китая - своими фатализмом: "делай что должно - и будь что будет", как бы учила река. А вот в 1931 году под конец весны из-за аномальных дождей в восточных предгорьях Тибета вышли из берегов сразу три текущие с него реки - Хуанхэ, Хуайхэ и Янцзы. Сколько жизней унесло (в прямом смысле слова!) Великое Китайское наводнение - теперь уже никто не сможет посчитать, разброс цифр там от 150 тысяч до 4 миллионов погибших, и в последнем случае это самое чудовищное стихийное бедствие в истории человечества вообще. Больше лютовала, конечно, Жёлтая река, но и на Длинной реке в одном только Уханьском Троеградье погибла 31 тысяч человек.

6


Однако памятники тем событиям стоят скорее в Лояне или Кайфыне, а вот целая серия наводнений летом 1954 года накрыла конкретно Хубэй. Жертвами воды и эпидемий, вспыхнувших в разрушенных селениях, стали 33 тысячи человек, вода поднималась на 44 метра (!) в ущельях и на 29 метров в черте города, и именно той последней обороне Уханя посвящён монумент на набережной.

7


Завершает ансамбль Народная аудитория (1956) - если я правильно понял машинный перевод, зал для выездных заседаний и речей Мао Цзэдуна в дни Переплывений.

8


Выше по течению мы набрели на памятник Чжану Тянью, чьё главное творение я показывал в Чжанцзякоу (Калгане), а дом, где он прожил в 1912-19 годах безбедную старость - в прошлой части в Британской концессии здесь. Сыну купца из Гуандуна повезло в 1872 году оказаться среди 30 способных мальчиков, которых власти империи Цин послали учиться в Америку. Зачем - не очень понятно: вернувшись в 1881 году, Чжан привёз из Йельского университета сразу две специальности - инженера железных дорог и бакалавра философии, но не мог ими воспользоваться, так как разве можно ждать хорошего от человека, который носит пиджак и играет в бейсбол?! Тянью перебирал второстепенные должности в армии и флоте, а в конце 1880-х помогал англичанину Клодту Уильяму Киндеру строить железную дорогу из шахтёрского Таншаня в Мукден (Шэньян). Там на него и обратил внимание Юань Шикай, будущий сокрушитель Цинской монархии, а в те годы - командующий Бэйянской армией, созданной по европейскому образцу. Тогда вдовствующая императрица Цыси задумалась, что ей уже возраст не позволяет ездить в рикше к могилам предков в Сишаньских горах, и под такое дело Шикай выбил финансирование стройки до ближайшего крупного города в том направлении и поручил её Чжану Тянью. Тот в 1905-09 годах блестяще справился с заданием: если Россия начинала железнодорожную эпоху с преодоления немыслимых в Европе расстояний, то Китай - с серьёзных для любой страны скалистых гор. Сложнейшая по своим временам линия Цзинбао ("Столица - Баотоу", до которого её дотянули в 1920-х) не была первой железной дорогой Китая, но была первой китайской железной дорогой. А если учесть, что КНР теперь железнодорожная держава №1 на планете, не удивителен, что Чжана Тянью здесь чтут.

9


Увековечили его напротив места, где в 1936-55 годах, до запуска советского Моста Дружбы, действовал паром железной дороги Пекин - Гуанчжоу. Слепили мемориал, правда, из того, что было: узкоколейный паровоз С2 (китайская версия советского Кп4, одна из 912 машин, строившихся в 1952-88 годах несколькими заводами) прежде работал где-то в тайге Хэйлунцзяна, а вагон Главторфа и вовсе выглядит списанным с какой-нибудь российской узкоколейки, например Хандагатайской в Бурятии. Если внутрь не заглядывать, конечно:

10


В общем, парк Янцзян - интересное место:

10а.


Но за улицей над ним видны фасады старинных домов европейского вида:

11


11а


Выше по течению остались Британской концессия, устроенная в 1861 году и долго остававшаяся одинокой, и Русская концессия, создававшаяся в 1895 году для возникшей в тех же 1860-х богатой купеческой общины. Конечно, англичанам и французам она была не нужна, и потому спор о её границах тянулся до 1899 года, а за пределами этих границ осталось немало важных зданий Русского Ханькоу - как показанная в прошлой части церковь. Или дом Якова Панова, купца из Кяхты, с 1869 года крутившегося тут в чайном бизнесе и к началу ХХ века возглавившего Муниципальный совет концессии. Его огромный доходный дом-"утюг" из прошлой части теперь чуть ли не главная достопримечательность Уханя (по крайней мере для фотосессий), а вот на набережной Яков Кириллович и себе особняк в 1902 году построил. Правда, больше домик известен как консульство США, которое занимало его в 1905-41 годах, может быть сначала на правах аренды. И это странный круг истории: американцы пришли сюда в том же 1861 году, что русские и англичане, но сразу открыли дипмиссию, и именно вокруг неё, назначенного там Комиссаром по делам русских торговцев Николая Иванова из Казани, первоначально группировалась колония.

12


А при виде соседнего дома так и хочется то ли послать воздушный поцелуй, то ли шансон про l'Amur послушать. Конечно, это очередной банк, но - банк Индокитая (1901-02) во Французской концессии:

13


Если в Тяньцзинь или Шанхай французы приходили почти одновременно с англичанами, то здесь Франция закрепилась лишь в 1896 году, одновременно с Россией. Под задачи вполне конкретные: если наших купцов в Хубэй привёл чай, а британцев - хлопок, то французов - строительство железной дороги. И даже улица между банком и бывшим консульством называется Чечжань - Станционная.

13а


Но пока свернём на другие улицы, и в третьей за поездку Французской концессии пейзаж их уже совершенно знаком: вместо безразличного имперского величия серых стен и колонн в английских кварталах, у французов всё забавное, аляповатое, а над троутарами смыкаются ветки платанов. Здесь не таких красивых, как в Шанхае, каких-то запущенных и беспорядочных, однако точно так же распространяющих уют:

14


У здешней современности - тоже куда более разгильдяйский вид. Кажется, ни в одном городском районе Китая, кроме совсем уж расселённых под застройку, я не видел столько заброшенных домов. Вот например (она же на кадре выше) аптека "Цаньюй" (1918), которую основал здесь в 1909-м Герберт Джеймс Ли из Гонконга.

14а


Сохранялась Франция-на-Янцзы весьма неплохо, и за ветками платанов тут скрывается немало симпатичных домов:

15а


Из параллельных Янцзы явно главной выглядит третья от реки улица Шэнли (Победы) - вот на ней что-то не в меру колониальное, какой-нибудь Французской клуб или консульство:

15


И его обветшалый интерьер:

15б


Углом к Шэнли стоит здание управления железной дороги Цзинхань (1920-25) с неожиданно интересным декором:

16


С другой стороны над перекрёстком нависает высотка (2001) со скульптурами "под античность" - и ей как нельзя лучше подойдёт клише "так плохо, что даже хорошо":

17


Заброшенный банк, изначально отель "Терминус" (1919) хоть и был по сути клубом с театральными сценами и казино, а название его имеет прозаичный перевод "Путейский":

18


И даже пробки узких улиц, от которых в КНР успеваешь отвыкнуть, тут как-то намекают рельсовый транспорт выбирать:

19


То же, что уже успели вывести из запустения, впечатляет модно-стильно-молодёжным видом - с героями попкульта:

20


И кафе и магазинами для хипстеров:

21


Наконец, в отличие от Британской концессии, где всё строго и предсказуемо, у бывших французов интересно заглядывать во дворы:

22


Уютные и разгильдяйские дворы южного города, как где-нибудь в Тбилиси:

23


В некоторых можно найти какую-нибудь симпатичную деталь:

23а


Как старые ажурные решётки...

24а


...или пошловатый фонтан из 1990-х:

24


А над ними всё равно нависает Китай. Как и всюду в концессиях, европейцы оставались тут меньшинством, даже когда были хозяевами:

25


Об этом напоминает неболшой и скромный костёл Непорочного Зачатия Девы Марии (1910):

26


А обычное пожарное депо (1914) я сфотографировал, приняв за клуб или театр. На самом деле культурная жизнь концессии оставалась не по-французски бедна (особенно в сравнении с Шанхаем!) - фактически это был крупный путейский посёлок вроде Суйфэньхэ или Маньчжоули на российской Китайско-Восточной железной дороге.

27


Финишная прямая Станционной улицы - на вводном кадре, а вот тот же вид в сторону Янцзы:

28


Улица упирается в солидных размеров вокзал Дачжимэнь (1901-03):

29


Проложенная в 1897-1906 годах на деньги Франции по проекту из Бельгии, Цзинханьская (то есть "Столица - Ханькоу") железная дорога хоть и чуть старше Цзинбао, а всё же первой в Китае не была. В Таншане ещё в 1881 году заработал "Кайпинский трамвай" англичанина Киндера от шахт к морскому порту, уже через несколько лет начавший расти к Тяньцзиню на юг и на север к Мукдену (Шэньяну). Где сомкнулась с КВЖД, в 1898-1903 годах проложенной из России в Россию через Маньчжурию с веткой на Порт-Артур. По Цзинханьский линии, однако, поезд впервые приехал в Пекин, а главное - протянувшись на 1212 километров с первым в истории мостом через Хуанхэ, она стала первой магистралью целиком внутри Китая.

30а


Продолжением её планировалась железная дорога Учан - Гуанчжоу, стройка которой, в 1900 году переданная американцам, затянулась до 1930-х. При этом не стоит искать остатки рельс на Станционной улице - с обеих сторон пассажиров везли на причал рикши и автобусы. И лишь советский Мост Дружбы окончательно замкнул магистраль через всю Поднебесную.

30б


Только вот и Дачжимэнь после этого оказался в стороне от основного хода, и помучившись с петлями посреди строящегося города, в 1991 году китайцы закрыли вокзал, построив в 2010-11 годах его увеличенную копию на современной станции Ханькоу, рядом с тем самым злополучным "мокрым рынком" Хуанань, где в декабре 2019 года китаец неудачно купил на обед летучую мышь. Впрочем, совсем без путей Дачжимэнь не остался - на их месте с 2004 года эстакады Первой линии Уханьского метро.

30в


Концессия Франции была в Ханькоу самой живучей из европейских: так как к китайцам французы всегда относились чуть уважительнее англичан, их не трогали во всех политических перипетиях гражданской войны. Японцы, заняв Уханьское Троеградье в 1938-м, старательно искали формальной повод и даже чуть было не нашли его, когда в январе 1939 года французские полицейские-вьетнамцы арестовали разгулявшихся солдат в "Терминусе". Но пока суть да дело - на другом конце Евразии немцы взяли Париж, и в 1943 году их ставленник Филипп Петен отдал все концессии своему китайскому (прояпонскому) коллеге Вану Цзинвэю. Англичане эвакуировались ещё в 1927-м, когда Ухань занял Первый объединённый фронт КПК и Гоминьдана (здесь же вскоре и распавшийся), Русская концессия исчезла в начале 1920-х, когда необратимость краха Российской империи стала очевидной, а Немецкая концессия кончилась уже в 1917 году, когда Китай вступил в Первую Мировую на стороне Антанты. Одним из красивейших зданий Ханькоу, однако, осталось бывшее Немецкое консульство (1905) у набережной почти напротив музея Перелывения. В 1918 году его занял японский банк "Мэйдзи", а ныне какое-то учреждении администрации Уханя:

31


Улица Шэнли становится здесь уже не третьей, а второй от Янцзы (после собственно набережной), и именно на ней буквально все оставшиеся германские здания. Учредив концессию в 1895 году, немцы стали первыми официальными соседями британцев, вот только сделали они это скорее "чтоб было" - первые годы концессия почти не развивалась, а эти здания на Шэнли строились в окружении грунтовых улиц и фанз под тростниковыми крышами. С консульством соседствует старая таможня (1905), интересная больше в деталях, чем целиком:

32


А Муниципальный совет концессии (1902) в духе югендстиля с 2018 года занимает Музей полиции Уханя: как водится, в каждой концессии она была своя, но если англичане привлекали к такому делу индийских сикхов, а французы - вьетнамцев, то Германия с весьма ограниченным набором колоний - самих немцев, которые тогда орднунг блюли!

33


Наконец, немцы активнее вкладывались в промышленность: в 1907 году запустили свою электростанцию, а в 1906 у них построила свою фабрику "American Tobacco". Остатки явно заводских корпусов ещё стоят в переулках:

34


35


Да и немецкий капитал остался здесь даже после упразднения концессии - вот например офис фирмы "Арнхольд и Карберг", основанной ещё в 1857 году в Гонконге для поставок в Китай техники и стройматериалов. Как видите, построен в 1929 году, но это явно самое солидное здание немецкого района:

36


Чуть дальше немецкую сменяет Японская концессия - самая молодая (учреждена в 1898 году, когда победа войне на Жёлтом море открыла Китай и для сынов Ямато) и обособленная. По сути - спальный район, куда посторонним ходить и смысла не было: учреждения, вроде Банка Йокогамы или Банка Тайваня из прошлой части островитяне предпочитали держать в Британской концессии. А вот эвакуироваться с англичанами японцы не стали, и вскоре поняли, зачем сэры ушли: 3 апреля 1927 года драка японских моряков с китайскими рикшами перешла в погром концессии; то же повторилось 17 декабря 1928 года, когда японский военный автомобиль случайно наехал на рикшу, а полицейские Японской концессии гибли порой в перестрелках. Сохранилась Маленькая Япония также хуже всех - и от войны пострадала сильнее других, и в КНР с наследием оккупантов не особо церемонились. Оставшиеся здания можно пересчитать по пальцам одной руки, все из красного кирпича и довольно унылого вида. На Шэнли - офис "Мицубиси" (1910) с отелем "Мацуноя" для её сотрудников:

37


Полиция (1911), и ныне используемая по назначению:

38


Казармы морской пехоты, присланной сюда в 1911 году (хотя здание с тех пор явно не раз перестраивалось):

39


Да коммунальное хозяйство (1910) поодаль:

40


Но особенно интересен банк "Оиси" 1930-х годов - и не внешним видом, а тем, что летом-осенью 1938 года здесь находился штаб китайских войск в генеральном сражении Второй японо-китайской войны. Годом ранее самураи взяли Шанхай, вскоре вошли в Нанкин и, опьянённые своими победами, за несколько недель перебили в нём более 300 тысяч мирных жителей. Ещё несколько сотен тысяч китайцев стали жертвами самого Гоминьдана, пытавшегося задержать самураев подрывом дамб на Хуанхэ. К лету японская армия осаждала Уханьское Троеградье - второй по размеру город (около 1,5 миллионов жителей) из оставшихся под контролем Гоминьдана и к тому же прикрывавший Чунцин, куда переместилась временная столица. Тяжёлые бои шли с 8 июня по 27 октября, и японцы потеряли в них около 140 тысяч человек (больше, чем при осаде Порт-Артура!), но китайцы - втрое больше. И город в итоге остался за оккупантами, но как в том же Порт-Атуре и Мукдене, дух Бусидо сыграл с его носителями злую шутку - да, они победили, но такой ценой, что дальше идти им уже не хватало сил, а китайцы в своей стране, в отличие от русских на чужбине, сдаваться не собирались. Букан (японское название Уханя) остался крайней точкой наступления вглубь материка, а в 1944 году сильно пострадал ещё и от американских бомбёжек.

41


В 1978 года бывший штаб занят музеем, и за машиной на кадре выше можно увидеть небольшую очередь у его дверей - "красный туризм" в КНР популярен:

41а


С теми боями, однако, связан и последний в моём рассказе русский памятник Уханя - чуть за пределами Японской концессии на километр от одноимённого проспекта раскинулся парк Цзефан, в переводе - Освобождения. У входа это типичный китайский садик с арочками, кривыми мостиками, бонсаями и рокариями, устроенный в 2005-06 годах:

42


Но большая часть парка, высаженного в 1950-х, имеет вид отчётливо советский:

43


На границе двух частей - небольшой бесплатный музей речных дельфинов, когда-то водившихся в Янцзы - небольшие (до 2,5 метров длиной и 100 кило весом), с забавной острой мордой и спинным плавчником, за который китайцы называли их байцзи (белофлажники). Их любили и чтили как духов реки, и даже лаоваи вряд ли охотились на них достаточно интенсивно, чтобы всех выбить, тем более что многочисленностью байцзи не отличались никогда. Нет, их погубила индустриализация: грязная вода, шум от судов (глушивший их сонары), выросшие на пути их миграций гидроэлектростанции... официально китайского речного дельфина признали вымершим в 2006 году и даже толком изучить не успели. А чтобы было не так грустно, музей рассказывает и про китообразных других рек Земли вроде Амазонки или Инда.

44


Буйная растительность, горбатые мостики, роскошная зелень в ноябре - хоть парк и по советским лекалам делался, а мы ведь южнее любой точки бывшего Союза.

45


В глубине парка - ещё одно напоминание о родине: мемориал советским лётчикам. Осенью 1937 общий враг сплотил Второй Народный фронт Гоминьдана и коммунистов... причём коммунистов не только китайских, но и советских. Вскоре на аэродромах Ханькоу появились скоростные бомбардировщики СБ-2: 31 машина, по столько же лётчиков и штурманов, а вместе с обслугой - 150 человек. Возглавлял их генерал Фынь По, а на самом деле капитан Фёдор Полынин из самарской бедноты, к тому времени уже успевший поработать инструктором в Синьцзяне. Официально добровольцы со своими машинами (это из страны, где даже частной собственности нет!), прибыли они столь конспиративно, что японцы, бомбившие Троеградье, просто не догадались заглянуть на аэродром. "Соколы над Уханем" бомбили наступавшие японские войска по мере их приближения, а 23 февраля 1938 года даже устроили налёт на Тайвань. Подойдя к острову на предельных высотах около 5,5 километров, они спикировали из-за туч, отработали по аэродрому Мацуяма, уничтожив на нём от 12 (это, скорее всего, безвозвратные потери, которые признали сами японцы) до 40 (это, видимо, всё, что задело) вражеских самолётов. А на утро ещё и американцы со своим бахвальством помогли сохранить конспирацию, приписав налёт себе. Фынь По провёл в тот день, кажется, самый дальний от Москвы рейд советской авиации (Ли Си Цын, вопреки дворовым песням, воевал в Корее, а во Вьетнаме советские спецы и инструкторы работали только с земли), и отдельно впечатляет, что вернулись "Соколы Уханя" без потерь. Чего не сказать про саму Уханьскую битву: обычно пишут, что здесь погибло около ста советских добровольцев (вероятно, вместе со службами), но достоверно известно лишь 29 имён. Останки 15 лётчиков и захоронили тут в братской могиле:

46


Ещё 14 были найдены в 2015 году поисковой экспедицией, опознаны и тоже захоронены здесь. Отдельно впечатляют своим слогом тексты на мемориальных плитах... и, конечно, сам опрятный и почётный вид:

47


Всё-таки очень жаль, что по-настоящему мы дорожим мнением только европейцев, как беспризорник у приёмных родителей пытаясь заслужить их любовь сквозь унижения и побои. Китай, Монголия, наверное и другая Азия становятся тут настоящей терапией - оказывается, и нас можно любить, и мы достойны уважения. Вот только уважением китайцев мы не дорожим...

48


А в парке Цзефан - своя жизнь. Что происходит на кадре выше - я не знаю, а вот присев на лавочку у странных гирлянд с флажками, пока попутчики искали клозет, я ловил на себе столь восхищенные взгляды, что казалось - вот-вот китайцы зааплодируют мне. Вернувшись, Пётр пояснил мне - это биржа знакомств! Тот самый магазин жён и мужей из анекдота:

49


В итоге Русский Ухань мы осмотрели почти исчерпывающе (ну, пару зданий всё же упустив), а остальной изучать - дело на несколько дней. Лишних оставалась буквально 2-3 часа, и мы долго думали, чем их лучше заполнить - в Ханьян к старому оружейному заводу может съездить, чтобы о Троеградии полное представление иметь, или на озеро Дунху красотами полюбоваться? В итоге ответ нашёлся в подземном переходе у площади Восстания (из первой части) - с чёрно-белых фото на его стенах, помимо прочих достопримечательностей Уханя, на нас смотрел удивительно красивый храм Гудэ. Выяснив, где он, мы поехали туда на автобусе - от старых концессий, не меняя берега, где-то полчаса. Вот так выглядит Ухань, никогда не бывший Учаном, Ханьяном или Ханькоу:

50


В 1974-86 годах храм занимала фабрика по сборке фотокамер (то есть, видимо, простеньких плёночных "мыльниц"), и от неё осталась проходная, в которой ничем не перебить заводской вид. Пара скульптур "под Античность" же вызывают у меня ассоции разве что с греко-буддизмом:

51


Обычный в общем загородный буддийский храм, известный с 1877 года, Гудэ прославился в 1911 году, когда Троеградье было охвачено Учанским восстанием солдат Бэйянской армии. Оно переросло в Синьхайскую революцию, в 1912 году покончившую с китайской монархией, а все дальнейшие события истории Китая выросли из неё. Так вот, здешние монахи тогда развернули госпиталь, и это запомнил Ли Юаньхун, помощник местного прогрессивного губернатора Чжао Чжидуна, по итогам Учанского восстания возглавивший революционную администрацию Хубэя. Позже он дважды избирался президентом Китайской республики - сугубо номинальным среди бэйянских милитаристов, клики которых боролись за Пекин. Но по его инициативе в 1916-21 годах Гудэ был отстроен как одна из один из богатейших монастырей Китая:

52


Причём - в совершенно неожиданном здесь паллавианском (не путать с палладианским!) стиле - так строилось государство Паллавов, существовавшее в 275-897 годах на юге Индии. Не очень ясно, в честь чего был выбран такой стиль, но получилось столь удачно, что в 1954 году в Гудэ приезжал в ходе своего китайского визита Джавахарлала Неру.

53


Слева вдоль двора тянется огромный зал Гуаньинь (Богини Милосердия) со старыми стенами и новыми интерьерами:

54


Но главная достопримечательность Гудэ на фоне фабричного корпуса - зал Юаньтун:

55


В его скульптурах узнаются индийские боги - например, Хануман:

56


И павлины - именно павлины, а не фениксы:

56а


Всё это ещё и с явным налётом европейской неоготики:

57


А довершают атмосферу тропического юга висящие на деревьях помпельмусы, в России, по некоему недоразумению от импортёров в 1990-е, более известные как помело...

57а


Но про Южный Китай я расскажу как-нибудь нескоро, да и то если будет, кому и где рассказать. Пока же отправимся в Янлоудун - начало Великого Чайного пути, для нас ставшее его концом. Но и то через несколько дней - на выходные собираюсь сгонять в Питер.

ВЕЛИКИЙ ЧАЙНЫЙ ПУТЬ-2024
Обзор поездки и оглавление серии.
Маньчжурия-2024. Другая поездка и её оглавление.
Общее о Китае
Русский Китай. История и обзор наследия.
Реалии Китая. Советы путешественнику.
Реалии Китая. Труд и быт.
Реалии Китая. Досуг и отдых.
Транспорт Китая и как им пользоваться.
Религии Китая.
Народы Китая.
Китайский чай и его путь в Россию.
Бурятия (2012, 2022, 2024) - см. оглавление.
Монголия и Внутренняя Монголия - см. оглавление.
Северный Китай
Датун.
Юньган. Буддийские пещеры.
Юньган. Угольные шахты.
Чжанцзякоу (Калган).
Бадалин и Великая Китайская стена.
Пекин. Современность и транспорт.
Пекин. Хутуны и традиции.
Пекин. Коротко о главном.
Пекин. Русский след, Посольский квартал, Деловой центр.
Тяньцзинь и Биньхай. Общий колорит.
Тяньцзинь. Концессии Австрии, Италии, Японии, России.
Тяньцзинь. Концессии Франции, Англии и Германии.
Тяньцзинь (Биньхай). Авианосец "Киев".
Долина Янцзы.
Шанхай. Бунд и Пудун.
Шанхай. Колорит и транспорт.
Шанхай. Старый город, архитектура, история.
Шанхай, Французская концессия. Улица Хуахай (Жоффр).
Шанхай. Французская концессия.
Шанхай. Запад центра.
Шанхай, Международный сеттльмент. Нанкинская улица и окрестности.
Шанхай, Международный сеттльмент. Хункоу и Шанхайское гетто.
Ухань. Общий колорит и Учан.
Ухань (Ханькоу). Концессии России и Британии.
Ухань (Ханькоу). Концессии Франции, Германии, Японии.
Янлоудун.
Южный Китай - будет позже.