Почему коммунисты не живут в коммунах
На фото к посту — музей-квартира Елизаровых (ссылка). Марк Елизаров, сын крепостного крестьянина, был другом Ленина и матёрым экстремистом. Жить он предпочитал не в коммунах, а в отдельных квартирах, обставленных с дореволюционным достатком.
В современной России ситуация аналогичная. Коммунистов даже больше, чем до 1917 года, но в коммунах они упрямо не живут.
А ведь у нас полно коммун! Секты, во-первых. Я не про старые и более-менее цивилизованные сообщества вроде меннонитов с гуттеритами — те разъехались из России больше ста лет назад — а про жёсткие тоталитарные сообщества, прозябающие под пятой своих суровых гуру.
Во-вторых, есть творческие алкокоммуны. В Петербурге, к примеру, любители выпить съезжаются иногда с нескольких квартир в одну, а оставшиеся сдают. Денег с аренды хватает и на выпивку, и на холсты с красками, например.
В Москве, в свою очередь, можно наблюдать формат коммунальных семей. Люди снимают сообща просторную квартиру в центре и живут там вместе, как будто их объединяют родственные узы (ссылка). Это без элементов свального греха, срамной азбуки и бордельного ремесла, как в некоторых релокантских сообществах за рубежом: москвичи просто собираются под одной крышей, чтобы всегда была компания после работы по вечерам.
Уже эти примеры доказывают, что коммуны в России не только легальны, но и вполне жизнеспособны. Любой желающий может объединиться с друзьями в коммуну по Чернышевскому, чтобы чувствовать локоть товарища и решать бытовые проблемы сообща.
Рациональное зерно в коммунах есть, и немалое. Самый психологически комфортный для хомо сапиенса размер семьи — 30–60 человек. Многие бытовые вопросы в семьях такого размера решаются гораздо легче, нежели в привычных нам нуклеарных ячейках формата «мама, папа, ребёнок и кот». Более того: семьи патриархального размера весьма успешны финансово, как показывает пример хоть гуттеритов, хоть этнических диаспор, живущих семейными кланами в регионах, где они являются сугубым меньшинством.
Проблема в том, что жизнь в большой семье требует дисциплины, внешней и внутренней, а к дисциплине готовы далеко не все.
И вот мы готовы ответить на вопрос из заголовка поста: почему коммунисты не живут в коммунах. Секрет прост: потому что не хотят. Пожалуй, нагляднее всего будет процитировать фрагмент из воспоминаний старого большевика Алексеева про беседу с Лениным в Лондоне:
…Владимир Ильич объяснил мне тотчас по приезде, что прочие искровцы будут жить коммуной, он же совершенно не способен жить в коммуне, не любит быть постоянно на людях. Предвидя, что приезжающие из России и из-за границы товарищи будут по российской привычке, не считаясь с его временем, надоедать ему, он просил по возможности ограждать его от слишком частых посещений…
Проще говоря, коммунисты всегда хотят коммунизм для других. Жить в «вымирающей» деревне, чтобы она не вымирала, должны другие. Увольняться из офисов и идти работать на заводы — другие. Штурмовать Варшаву — другие. Сидеть в лагерях за невосторженный образ мыслей — другие. Зарабатывать варикоз в многочасовых очередях — другие.
Сам коммунист требует лично для себя буржуазного комфорта: отдельную квартиру в мегаполисе, изобильные полки магазинов, комфортную иномарку в личном пользовании и семейный отпуск за рубежом безо всяких выездных виз.