У нее внешность продавщицы овощного магазина
неправильный прикус, расплывшаяся фигура, хохляцкая фамилия и вышедшее из употребления имя, которое рифмуется с резиной. И да, она страшненькая и в возрасте, но и в свои 45 очень любит поговорить о сексе. Для интервью с Собчак надела вызывающие высоченные сапоги, заканчивающиеся у лобка – чтобы
носить такие сапоги нужно хотя бы ноги иметь.
Живет она в Париже, что естественно для успешного критика либеральных
взглядов и иноагента. Себя она называет драмеди-квин – что это такое
посмотрите в словаре. Заодно гляньте значение слов аррогантность, тейк и
бодишейминг — всё это она обрушила на зрителя в течение минутного ролика.
Потому что она очень умная. Язвительная, жесткая и бескомпромиссная – как принято считать в либеральной тусовке, которая многое ей прощает.
Казалось бы, кому могут быть интересны статьи кинокритика, если сейчас и
кино никто не смотрит. Ну разве что всякие лузеры и прыщавые подростки.
Все остальные – нормальные и адекватные – уверены, что смотреть просто
нечего: на экране одно говно. Но им льстит, что так считает и самый известный отечественный кинокритик, находящий к тому же для этого говна убийственные
и зубодробительные формулировки.
Впрочем, одним кинематографом она не ограничивается: ее наезды на Россию, русский национальный характер, СВО, Путина, Дурова, Шнурова, город Санкт-Петербург (в котором, кстати, она родилась), режиссера Михалкова, певца
Шамана и многих других столь же безжалостны.
Долго смотреть и слушать я ее не могу – во рту каша, речь бессвязная, перескакивает с одной темы на другую и все время норовит прибить своим недюжинным интеллектом, наличие которого под большим вопросом.
Впрочем, интеллект ее (как и у всякого либерала) избирателен: она никогда не трогает «французов», «французских» режиссеров (а это почти весь Голливуд), государство Израиль и все, что с этим связано. Более того, не трогает даже тех,
кого принято называть «офранцуженными» — Звягинцев, Сокуров и т.д.
Первый ее муж был старше на 33 года, второй (гражданский) только на десять –
оба «французы», разумеется. Но личностная установка, видимо, идет из детства:
нельзя кусать руку, которая тебя кормит. А вот всех остальных – пожалуйста, и
эпитетов не жалеть. Скажем, вот как она оценила личность и творчество Валерии
Гай Германики — "чистая рвота". Думаю, в данном случае это элементарная
бабская ревность и зависть, — Зинаида Пронченко сама собиралась стать кинорежиссером. Не хотите посмотреть ее короткометражки? Там не просто
рвота, а беспомощные ученические потуги вперемежку с калом и мочой.
Сейчас Зинаида Сергеевна Пронченко доктор искусствоведения, профессор
какого-то задрипанного западного университета и почти писатель – ее книгу об
Алене Делоне не читали?.. Любовь страшненьких и пожилых девушек к умершей французской звезде меня умиляет: Делон был эстетом и женщинами избалован –
с Пронченко он на одном поле и писать бы не стал.
Для чего я все это пишу?.. Из отвращения к современному мифотворчеству.
Я понимаю, что на безрыбье и таракан – рак, но Бузова – не певица, говноед
Сорокин – не писатель, а Пронченко – не критик. Она пытается делать то, что
делали Кузьменков и Топоров в литературной критике – обсирать всех подряд
(кроме своих и социально близких). Но там были эрудиция, тонкость анализа,
уровень разговора и Гамбургский счет, а здесь – ничего кроме эпатажа. На что
уж я не люблю Антона Долина, но он критик, а Пронченко – нет.
носить такие сапоги нужно хотя бы ноги иметь.
Живет она в Париже, что естественно для успешного критика либеральных
взглядов и иноагента. Себя она называет драмеди-квин – что это такое
посмотрите в словаре. Заодно гляньте значение слов аррогантность, тейк и
бодишейминг — всё это она обрушила на зрителя в течение минутного ролика.
Потому что она очень умная. Язвительная, жесткая и бескомпромиссная – как принято считать в либеральной тусовке, которая многое ей прощает.
Казалось бы, кому могут быть интересны статьи кинокритика, если сейчас и
кино никто не смотрит. Ну разве что всякие лузеры и прыщавые подростки.
Все остальные – нормальные и адекватные – уверены, что смотреть просто
нечего: на экране одно говно. Но им льстит, что так считает и самый известный отечественный кинокритик, находящий к тому же для этого говна убийственные
и зубодробительные формулировки.
Впрочем, одним кинематографом она не ограничивается: ее наезды на Россию, русский национальный характер, СВО, Путина, Дурова, Шнурова, город Санкт-Петербург (в котором, кстати, она родилась), режиссера Михалкова, певца
Шамана и многих других столь же безжалостны.
Долго смотреть и слушать я ее не могу – во рту каша, речь бессвязная, перескакивает с одной темы на другую и все время норовит прибить своим недюжинным интеллектом, наличие которого под большим вопросом.
Впрочем, интеллект ее (как и у всякого либерала) избирателен: она никогда не трогает «французов», «французских» режиссеров (а это почти весь Голливуд), государство Израиль и все, что с этим связано. Более того, не трогает даже тех,
кого принято называть «офранцуженными» — Звягинцев, Сокуров и т.д.
Первый ее муж был старше на 33 года, второй (гражданский) только на десять –
оба «французы», разумеется. Но личностная установка, видимо, идет из детства:
нельзя кусать руку, которая тебя кормит. А вот всех остальных – пожалуйста, и
эпитетов не жалеть. Скажем, вот как она оценила личность и творчество Валерии
Гай Германики — "чистая рвота". Думаю, в данном случае это элементарная
бабская ревность и зависть, — Зинаида Пронченко сама собиралась стать кинорежиссером. Не хотите посмотреть ее короткометражки? Там не просто
рвота, а беспомощные ученические потуги вперемежку с калом и мочой.
Сейчас Зинаида Сергеевна Пронченко доктор искусствоведения, профессор
какого-то задрипанного западного университета и почти писатель – ее книгу об
Алене Делоне не читали?.. Любовь страшненьких и пожилых девушек к умершей французской звезде меня умиляет: Делон был эстетом и женщинами избалован –
с Пронченко он на одном поле и писать бы не стал.
Для чего я все это пишу?.. Из отвращения к современному мифотворчеству.
Я понимаю, что на безрыбье и таракан – рак, но Бузова – не певица, говноед
Сорокин – не писатель, а Пронченко – не критик. Она пытается делать то, что
делали Кузьменков и Топоров в литературной критике – обсирать всех подряд
(кроме своих и социально близких). Но там были эрудиция, тонкость анализа,
уровень разговора и Гамбургский счет, а здесь – ничего кроме эпатажа. На что
уж я не люблю Антона Долина, но он критик, а Пронченко – нет.