Ну и уж коли сегодня зашла речь об одежде…

А еще у меня было пальто. Серое зимнее пальто на ватине с воротником из свежеубиенного чебурашки. Я его ненавидела. Не чебурашку – пальто.

Мама с бабушкой считали, что пальто хорошее. Добротное.

Я мечтала, чтобы оно сгорело. Изорвалось. Истрепалось. Разошлось по швам.

Но ему ничего не делалось. Подозреваю, оно уцелело бы даже в ядерный апокалипсис. Такое было хорошее пальто.

В восьмом классе мы с Наташкой пошли в парашютную секцию. Я – потому что всегда была восторженной идиоткой по зову сердца, а Наташка – за компанию. Наташка была настоящей подругой, она со мной за компанию даже в комсомол вступала, а я вступала, потому что была влюблена в секретаря школьной комсомольской организации красавца Вадима Андреева, но это уже совсем другая история.

Отходив два занятия, Наташка сказала, что ей сказала Иванова, а Ивановой кто-то еще, что если пройти два квартала направо, то там будет потрясающая кондитерская, а в ней потрясающие эклеры. А меня до сих пор, если я слышу слово «эклер», уговаривать два раза не надо. И мы пошли.

- Главное, - сказала Наташка. – Иванова говорит – не ошибиться дверью. Там их две.

Дверей было действительно две. Две двери под одним козырьком. А над козырьком надпись: «Рюмочная». И все.

Я усомнилась.

Наташка сказала, что одна дверь – точно кондитерская, и что она уже чует запах эклеров. Вообще, у нас в городе как-то испокон веков так завелось, что кондитерские предпочитали делать тайно, без опознавательных знаков, не то что рюмочные, поэтому я не стала удивляться дальше, просто поверила Наташке и все.

И открыла дверь.

Господи, что вы знаете о том, что это такое – войти не в ту дверь!

Пусть Киркоров лучше помолчит в тряпочку.

Пусть больше никогда не блеет своим козлиным тенорком, что он там не в ту, а хотел в ту…

В общем, там был полумрак. И вино-водочный туман. И за высокими столиками стояли суровые мужики в рабочих спецовках, а также в польтах и шляпах, и угрюмо сдували белую пену с толстых кружек. А за прилавком возвышалась корпулентная тетенька в белом фартуке и белом кружевном чепчике. Волосы ее кудрявились в обесцвеченном перманенте. Грудь была высока и прекрасна.

И все они обернулись, едва мы с Наташкой переступили порог.

А я-то в своем ПАЛЬТО! Из-под которого выглядывают тренировочные красные штаны с широким лампасом.

- Вам, девочки, чего? – толсто спросила тетенька.

- Ничего, - пискнула Наташка и потащила меня за рукав.

Месяца через два мама съездила в Москву и купила мне там куртку.

А пальто до сих пор живет. На даче.

В конце августа, когда ночи уже становятся холодными, я надеваю его, утыкаю нос в воротник из натурального чебурашки, который до сих пор не вытерся ни в одном месте, и думаю, какой же глупой девочкой я была. У меня было самое прекрасное детство, самые лучшие в мире родители, была жива бабушка, была Наташка, была молодость, в конце концов, а я переживала из-за какого-то пальто. Которое – будем честными – хорошее пальто. И сносу ему нет. И может даже и не будет.

дубль-страница в ТГ: https://t.me/lj_alena_73